В России две беды: дураки и дороги. Они-то во всём и виноваты, в том числе и в проигрыше Крымской войны. А кто виноват больше, сейчас попробуем разобраться подробнее.

Как известно, война состоит из множества сражений на разных фронтах. Речь не только о собственно боях, но и о других аспектах: ресурсах, логистике, боеспособности сил, политике и т. д. Иногда даже получается, проиграв сражение на одном фронте, выиграть за счёт чего-то ещё. Но вот в Крымской войне у России как-то не сложилось…

Фронт первый, дипломатический

Тут надо признать действительно крупную «заслугу» русских дипломатов и политиков, особенно самого царя, Николая I. Они сумели добиться почти невозможного в тот исторический момент — совместной коалиции Англии и Франции.

Взаимные счёты у этих двух соседних держав давние — то норманны (в смысле жители полуострова Нормандия) Англию завоюют, то англичане в ответку устроят небольшую войнушку лет на сто с гаком. Дальше — больше. Например, в XVIII веке довольно трудно найти десятилетие, когда эти две страны между собой не воевали. Более-менее это прекратилось только после 1815 года, но едва Франция отошла от наполеоновских войн и подкачала мускулы, как вновь начала недобро коситься на «меловые скалы Дувра». Более того, это соперничество продолжалось и в ходе самой Крымской, поскольку в обоих странах считали: война с русскими — это так, мелкий эпизод, а настоящий враг — он там, за проливом.

Полководцы союзных армий Крымской войны

Фронт второй, на море

Крымская война действительно представляет собой довольно редкий в военно-морской истории пример, когда Черноморский флот, перед этим доказавший свою боеспособность несколькими победами над турками, при виде англо-французов даже не попытался предвосхитить подвиг «Варяга», а просто самозатопился. И если в случае русско-японской историки ещё могут спорить, имелся ли шанс избежать разгрома или нет, то в случае с Крымской речь может идти лишь о том, стоило топить или нет. С подвариантом «если всё-таки топить, то когда именно?».

Чего у русской стратегии не отнять, так это того, что она действительно поначалу поставила в тупик вражеских адмиралов. Они никак не ожидали, что противник либо попрячется по базам, либо вообще сделает за них всю работу по своему утоплению.

Более того, Россия не стала даже пытаться играть в крейсерскую войну на коммуникациях или выдавать каперские патенты, чего сильно опасались в первую очередь англичане…

Фронт третий, в тылу

Тут, наконец, могут сказать своё веское слово дороги, точнее их отсутствие.

В России к началу войны имелось две с половиной железные дороги: Царскосельская, проложенная из Санкт-Петербурга в Царское Село, длиной целых 27 километров; и Николаевская — между Санкт-Петербургом и Москвой. «С половиной» потому, что ещё одна железная дорога была, дипломатично говоря, не совсем русской — она соединила Варшаву и Вену. А, учитывая смутную позицию австрийцев и настроения поляков, ещё неизвестно, для кого её наличие было удобнее.

В ходе войны к ним добавилась Балаклавская, построенная англичанами. Снабжение осаждавших Севастополь частей шло через Балаклавскую бухту, где разгружались припасы. Как только наступила осень, вся логистика в буквальном смысле утонула в грязи. Помучившись так несколько месяцев, британцы выписали себе из метрополии бригаду тогдашних стахановцев и за считанные недели проложили железнодорожную колею от места выгрузки до передовых позиций длиной примерно 23 километра. Правда, паровозы доставили сильно позже, да и с подъёмами они справлялись плохо, но хотя бы мулами тянуть по рельсам повозки получалось значительно бодрее.

Снабжение русской армии в Крыму и осаждённого Севастополя шло на «тележной тяге». И если в сухое время года сроки перевозок и переброски войск можно было хоть как-то прогнозировать, то с наступлением распутицы всё это растягивалось до «примерно никогда». Если для тех же англичан и французов сроки доставки морем (а до портов — по уже имеющейся сети железных дорог) исчислялось неделями, то для России речь шла о месяцах.

В целом и на этом фронте сражение было практически полностью выиграно союзниками.

За одним исключением — воровство и казнокрадство, как водится, было эпических масштабов с обеих сторон.

Фронт четвёртый, сухопутный

Старые опытные геймеры, помнящие «Панцер Генерал» или ещё какую-то аналогично олдовую гексагональную стратегию, хорошо знают: один из главных параметров юнита, на который надо обращать внимание, — боевой опыт. Военные, впрочем, это тоже отлично знали задолго до всяких компьютерных игр. В Древнем Риме, например, из наиболее опытных ветеранов (отслуживших минимум по 15 лет) комплектовались манипулы тяжёлой пехоты легиона — триарии, третья линия боевого порядка, которые в бой вводились в решающий момент. Отсюда и выражение «дело дошло до триариев» (res ad triarios rediit) — в смысле: песец пришёл, первые две линии того, выручайте положение, мужики.

И вот как-то так исторически сложилось, что, хотя на бумаге численность русской армии была «агромадной» — более миллиона человек, — это была армия мирного времени в худшем смысле этого слова. Достаточно сказать, что на тот самый миллион пехоты ружей имелось немногим больше полумиллиона.

Разумеется, при этом в составе войск были, скажем так, части повышенной боевой готовности. Например, Кавказская армия — там воевать «по-взрослому» приходилось не одно десятилетие. Войска в Польше тоже содержали в чуть повышенной боеготовности — то у себя польское восстание усмирять, то в Европу ехать, венгров утихомиривать. И, наконец, — война-то началась из-за Турции, а с ней воевала Дунайская армия. Крым же долгое время считался не то чтобы совсем тыловым, но достаточно вспомогательным направлением. Собственно, и для союзников это было примерно так же. Никаких внятных целей, связанных с Крымом, на начало войны у них не имелось, а главное — возня вокруг Севастополя наглядно показала: любая попытка удалиться от побережья приведёт к повторению «войны 1812 года», только на этот раз до самой Москвы идти не получится — хватит и пары сотен километров в любую сторону.

Стоит отметить, что боеспособность британской армии, с их покупными офицерскими патентами и прочими «радостями жизни», тоже не была «пятизвёздочной». Более того, даже численный вклад британцев «в общее дело» был далёк от уровня поднятой ими информационной бури.

Большую часть высадившихся в Крыму сил составляли французы, и это как раз был наиболее серьёзный и опасный противник.

Многолетняя война в Алжире привела к тому, что в армии на всех уровнях — от унтер-офицеров и даже рядовых до главнокомандующего, маршала Сент-Арно, — имелось множество людей с боевым опытом. Особенно важно это было в отношении офицерского корпуса. Именно действия французского генерала Боске позволили союзникам выиграть битву при Альме. Взятие Малахова кургана, определившее судьбу осаждённого Севастополя, тоже дело рук, а точнее, пушек и штыков французской армии.

Результат был вполне закономерен. В этом смысле осада Севастополя, где значительную роль играло именно количество пушек и их калибры, а не только умение солдат и офицеров, как раз довольно сильно затянула бои в Крыму. В полевых сражениях, как наглядно показали Альма, Инкерман и Чёрная речка, русской армии против французов «не светило».

Фронт пятый, в головах

Наконец, говоря о Крымской войне, можно заметить, что, несмотря на всё перечисленное выше, именно войну Россия не проигрывала.

Да, Черноморский флот оказался затоплен, а Севастополь взят… но это не французы в Москве и не немцы в Сталинграде. В том же 1812 году бывало и похуже, но закончилась война в Париже.

Тем не менее, Крымскую войну принято считать проигрышем Российской империи. А ещё через полвека эта же империя при в чём-то схожих обстоятельствах проиграла войну уже не коалиции двух сильнейших европейских держав, а небольшой островной стране, лишь за несколько десятилетий до этого выбравшейся из вполне средневекового феодализма. Снова подвели растянутость коммуникаций и некомпетентные руководители на различных уровнях. То есть дураки и дороги.

Понравилась статья? Бойцовым Котам нужны патроны - поддержи нас на Patreon! ^_^

11 КОММЕНТАРИИ

  1. Эмммм, с одним пунктом не согласен:

    *а главное — возня вокруг Севастополя наглядно показала: любая попытка удалиться от побережья приведёт к повторению «войны 1812 года», *

    Не учитывается один фактор – судоходные реки. Днепр, Дон и к.о. Практика как боевых действий в Китае во время опиумных войн, так и Гражданской Войны в США продемонстрировала, что в середине XIX века, паровые речные канонерки – вполне себе супероружие. Способное стремительно (по меркам времени) перемещаться, проводить дальние рейды в глубину территории неприятеля, высаживать десанты, принуждать к капитуляции города, и вообще “приятно проводить время”.

    • Эм, вы не могли бы уточнить, какие именно участки российских рек на момент Крымской войны являлись судоходными хотя бы для “паровых канонерок”?

      • Речные канонерки того времени имели осадку от 0,65 и до 1,5 метров. Вполне достаточно для движения даже по старому фарватеру Днепра. С учетом же, что как раз в середине 1850-ых были введены в строй обходные каналы вокруг порогов, ситуация выглядит ну совсем не весело для Российской Империи.

        • 1) Я правильно понимаю, что множественное “судоходные реки” сократилось до одного Днепра?/
          2) Даже не беря в расчет элементарность заграждения канала, про “особенности” днеровской системы можно отдельную статью писать 🙂 – какие цели могло бы преследовать наступление союзников вверх по Днепру?

          • 1) Дон отменили?

            2) Расскажите об “элементарности заграждения канала” китайским генералам и американским конфедератам. Они будут очень заинтригованы: у них это “почему-то” не получилось.

            3) Разорение местности, разрушение инфраструктуры, принуждение к капитуляции населенных пунктов) Общая цель – выразительно намекнуть царю, что пора бы ему понять, что положение не в его пользу.

          • 1) Дон? :)) Союзники и в Азовском-то море ходили с опаской 🙂 Как там со взятием Таганрога, не напомните?

            2) Описание тех самых “обходных каналов” на Днепре читать не пробовали?

            3) Ну они пытались этим заниматься на Азовском море. Царь выразительно дал понять, что ему на все эти комариные укусы на… плевать. И это море, а реки – замечательный шанс еще и подловить супостатов.

          • “В порожистой части пролегают два фарватера: естественный и искусственный. Естественный фарватер, называющийся Старым, или Казацким, ходом, так как он был открыт запорожскими казаками, которые по нему спускались в своих ладьях к Черному морю, проходит преимущественно у правого берега, в местах, наиболее свободных от каменных засорений и других препятствий. Глубина этого естественного фарватера, между порогами и заборами, изменяется от 1 до 2 и более сажен, в порогах же и заборах вообще весьма незначительна, хотя почти всегда превышает 3½ фута. При такой глубине естественный фарватер мог бы служить в продолжение всей навигации достаточно удобным путем для сплава плоскодонных судов и плотов, но препятствием этому служит громадное число подводных камней, делающих движение по нему крайне затруднительным, и при низком горизонте воды совершенно невозможным.

            Другой фарватер, искусственный, носящий название Нового хода, проходит у левого берега реки, по каналам, устроенным для улучшения судоходных условий порожистой части Днепра. Первая попытка этого улучшения принадлежит первому генерал-губернатору Новороссийского края, князю Потемкину, который, сознавая необходимость улучшения хода через пороги, назначил для этой цели полковника Фалеева. Работы Фалеева были весьма незначительны, и заключались только в разрыве нескольких больших камней, особенно затруднявших свободный проход судов, и в очистке от них фарватера. Затем, с 1799 г. по 1807 г., в порогах были произведены, по проекту инженера Деволана, след. сооружения: у правого берега реки — канал в пороге Старо-Кайдакском, канал с трехкамерным шлюзом в пороге Ненасытецком и струеотводные плотины под левым берегом в порогах Сурском и Лоханском; кроме того, произведена расчистка некоторых опасных мест фарватера в порогах Сурском и Лоханском и в заборе Стреличьей. Из этих работ одна только расчистка фарватера принесла некоторую пользу; что же касается каналов и шлюза, то, по причине недостаточной ширины и глубины их, в особенности же по крайней затруднительности подхода к ним, они остались без всякого употребления. Затем в 1843 г. было приступлено к производству обширных гидротехнических сооружений по улучшению исключительно сплавного судоходства в порогах. По проекту предполагалось построить во всех порогах каналы шириной 15 с. глубиной до 6 фут. при низком меженнем горизонте. Работы были окончены в 1856 г. и обошлись около 2 млн. руб. (1981179 р.), причем в 8 порогах было сооружено 9 каналов, из них два в Ненасытецком пороге, и струеотводная плотина в Сурском пороге. Все каналы сооружены под левым берегом и образуют искусственный, так называемый Новый ход, который оказался, однако, до такой степени неудовлетворительным, что лоцманы предпочитают ему Старый, Казацкий ход. Каналы углублены только до 3½ фт. вместо 6, а ширина каналов, вместо 15 с., во многих местах не превышает 10, в некоторых же порогах она еще менее. При недостаточной ширине и большой скорости течения, самое незначительное уклонение судна от середины фарватера влечет за собой крушение о скалистую стену канала; кроме того, препятствия Нового хода заключаются в чрезвычайной затруднительности входа в каналы и выхода из них, а также в лежащих между каналами заборах и плесах, засоренных множеством камней. Было еще множество различных проектов и предложений улучшения порожистой части Д. как для сплавного, так и для взводного судоходства. Последнее может быть достигнуто или шлюзованием, или при помощи обводного канала, в обход порогов. Хотя было немало предложений проведения обводного канала и по правому, и по левому берегу Д., но выполнение их было сопряжено с чрезвычайными затруднениями и с затратой громадных капиталов. Что касается шлюзования, то способ этот неоднократно предлагался для устройства взводного судоходства в порогах. В 1873 г., на основании тщательных исследований, произведенных распоряжением министерства путей сообщения, был составлен подробный проект шлюзования порогов, по которому предполагалось очистить дно реки у правого берега (за исключением Вильного порога, где у левого) от камней и забор и устроить во всех порогах шлюзы, числом 14. По приблизительной смете, общая стоимость всех работ должна была обойтись 10 млн. с небольшим (10157120) руб. В 1884 г. было приступлено к динамитным работам по расчистке от камней фарватера (Старого хода) в Старо-Кайдакском пороге, а в 1887 г. сделано распоряжение о производстве изысканий во всей порожистой части Д. и составлении, на основании добытых этими изысканиями данных, подробного проекта улучшения сплавного судоходства в порогах. Для проводки судов через пороги существует общество днепровских лоцманов, получившее свое начало в половине XVI ст., когда Запорожский кош, заботясь о развитии судоходства в порогах, образовал береговую стражу из казаков-охотников, которым вменил в обязанность проводить все суда и плоты через пороги. После окончательного уничтожения Запорожской сечи, наместник Новороссийского края, кн. Потемкин, обращал особенно внимание на развитие судоходства в порогах и разными мерами поощрял запорожцев-стражников. В 1787 г. за провод через пороги в присутствии имп. Екатерины II императорской флотилии, запорожцы Полторацкий и Непокрытенко были награждены чинами, а остальные проводники и жители селений Кайдаки и Каменки (ныне селение Лоцманская Каменка, в котором находится главная контора лоцманов) были освобождены от всех казенных повинностей, не исключая и рекрутской, но с обязательством проводить суда и плоты через пороги. Таким образом возникло сословие днепровских лоцманов, от искусства, опытности и неустрашимости которых вполне зависит успешность сплавного судоходства в порожистой части Д. Несмотря, однако, на все присущие лоцманам качества, в порогах, представляющих чрезвычайные затруднения и опасности, происходят постоянные из года в год повторяющиеся крушения судов и плотов, нередко сопровождающиеся человеческими жертвами. Так как страхования грузов и судов в порогах не существует, то все потери судопромышленников делаются для них совершенно безвозвратными.”

            Как видим, “новый” путь через днепровские пороги закончили только в 1856 да и то он оказался таким. что лоцманы предпочитали старый.
            Найдете аналог подобного “узкаго места” на реках США и Китая?

  2. Ну и шестой фронт. Возможно один из самых важных. Финансовый.

    Траты на войну (по тем данным что я нашел):
    Англия – 74 млн. фнутов
    Франция – 45 млн фунтов
    Турция – 18 млн фнутов
    Сардины – 2 млн фунтов

    Всего – около 139 млн. ф

    Российская империя – около 60 млн. фунтов.

    Разница более чем в два раза.

    также по логистике. Сухопутный путь проигрывает Морскому. Соответственно Коалиции было легче чем РИ. И наличие ж/д не сильно бы помогли.

  3. По четвертому пункту, надо заметить, что в полевых сражениях против англичан (Альма, Инкерман), русская армия тоже как то не зажгла. Так что фактор боевого опыта, вероятно, был не столь значителен, как принято считать.

    • При Альме было почти двукратное преимущество. Против примерно 37000 русских, и 84 орудий – 62000 союзников и 144 орудия. Из них 28000 французов, которые (Боске) и решили по сути сражение.
      При Инкермане – при равных силах примерно – опять же удар ветеранов Боске по неопытным 10 и 11 дивизиям. При этом англичанам досталось очень сильно..

  4. Ох уж эта вера в русскую исключительность! “Они сумели добиться почти невозможного в тот исторический момент — совместной коалиции Англии и Франции.”. Прям как будто бы Вторую Опиумную вели одни англичане. Или одни французы. Или одни из них были за китайцев, а другие – против.

Добавить комментарий